Бёлль, генрих

Алан-э-Дейл       24.10.2022 г.

Сюжет и краткое содержание романа «Безобразная герцогиня»

Поэтому все события, вошедшие в сюжетную канву романа, он концентрирует вокруг судьбы Маргариты Маульташ. Обделенная естественным женским счастьем, она посвящает себя служению благу своих подданных, стремясь развить торговлю и ремесла в своей стране, поднять благосостояние населения. Однако ее усилия разбиваются в прах, сталкиваясь с неразумием других людей. Общественное неразумие в романе персонифицировано и предстает в двуликом образе: фаворита Маргариты — дворянина Фрауэнберга, самодовольного, жестокого, корыстного человека, лишенного нравственных принципов.

А также и в обольстительном образе Агнессы фон Флавон — этих двух злых гениев, подтачивающих все начинания Маргариты. Социальную борьбу Лион Фейхтвангер подменяет психологическим поединком, в котором, несмотря на гибель Агнессы, несмотря на то, что истинная сущность Фрауэнберга, убийцы и стяжателя, открывается Маргарите, — терпит поражение она — герцогиня Тирольская.

Она теряет мужа, сына и веру в справедливость собственного дела. Все ее усилия совладать с жизнью, отстоять себя в схватке с варварством — рушатся, и Маргарита, сломленная властью обстоятельств, вынуждена отказаться от дальнейшей борьбы, передав полуразрушенное государство свое в чужие руки, цепкие руки Габсбургов, возводивших здание будущей империи. Хотя Маргарита и потерпела поражение в схватке с жизнью и появляется в финале романа уже морально раздавленным, физически опустившимся существом, но и зло неразумия, которое олицетворяли Фрауэнберг и Агнесса фон Флавон, оказалось не в состоянии одержать полной и безоговорочной победы.

Агнесса поплатилась жизнью за участие в политических интригах, Фрауэнберга отбрасывает со своего пути Габсбург, принимая бразды правления над разоренной, маленькой горной страной. Силы разума и варварства, борение которых было изображено в романе, пребывают в трагическом равновесии. Конец романа мрачен. Он был бы безнадежным, если бы писатель равнодушно — без гнева и осуждения — живописал тот темный, зиждящийся на насилии кровавый мир, в котором пришлось действовать и страдать героине его романа. Но Фейхтвангер не скрывает своего отношения к этому миру, к противостоящим Маргарите историческим личностям.

Последние годы Генриха Бёлля

В 1980 году у Бёлля обостряется диабет, который у него диагностировали еще в конце 60-х годов (тогда же он перенес гепатит). Осложнения настолько серьезные, что пришлось делать ампутацию стопы. Однако даже ограниченный в передвижениях, Бёлль остается активным в общественной жизни: он вместе с другими европейскими писателями выступает против создания и совершенствования орудий массового уничтожения, поддерживает пацифистские движения и парию «Зеленых», обращается к американцам во время процесса над Анджелой Дэвис, требует у советского правительства возвращения из ссылки академика Андрея Сахарова.

Генрих Белль и Итало Алигьеро Кьюзано в 1972 году. Автор A.Biancalani 

В 1985 году врачи настаивают на проведении еще одной операции. Это был год 40-й год окончания войны, и к этому событию Бёлль подготовил «Письмо моим сыновьям». В этом очерке писатель обратился к молодому поколению немцев, приводя им неопровержимые доказательства, что вина за войну, разорение и разрушение Германии и страдания немецкого народа лежит на руководителях рейха, на самих немцах, а вовсе не на тех, кто победил нацизм и фашизм. «У меня совершенно нет оснований жаловаться на Советский Союз», — резюмирует писатель.

Он ушёл из жизни 16 июля 1985 года. Проводить его в последний путь собралось несколько тысяч человек, включая ведущих литераторов, политиков и президента ФРГ. После смерти Бёлля многим школам в Германии было присвоено его имя.

Генрих Бёлль: дебют в литературе

Согласно архивам рукописей Бёлля установлено, что писать он начал приблизительно в 1936 году. Во время войны он также делает записи. Но основательно посвятить себя литературному творчество у него получилось лишь после войны. Хотя на первое место в это тяжелое время вышло, конечно же, элементарное выживание: Бёлль вернулся в университете – там давали продовольственную карточку, работал помощником столяра в мастерской брата, а его жена трудилась учительницей. Но все свободное от работы и семейных обязанностей время Бёлль посвящал любимой литературе.

За 1945-46 годы были написаны два романа: «Крест без любви» и «Ангел молчал», а также множество рассказов. Главные темы всех произведений этого цикла – нацизм, война и попытки восстановить жизнь в послевоенное время. В произведениях этих лет автор чаще всего оставляет своих героев безымянными – его солдаты, мужчины и женщины, застигнутые войной, не принадлежат какой-то одной стране и нации – они символ всего человечества, страдающего в этом абсурдном театре военных действий. В 1947 году Генрих начал предлагать свои рассказы различным изданиям, некоторые из них печатали его рассказы. Этот год также ознаменован рождением первенца писателя – сына Раймунда.

Генрих Бёлль дает пресс-конференцию в Голландии. Ян Богертс из издательства Манто с Бёллем, 26 марта 1983 г. Автор Rob Bogaerts / Anefo

дальнейшее чтение

  • Хайнц Людвиг Арнольд, изд. (1982). Генрих Бёлль . Мюнхен.
  • Бальцер, Бернд (1997). Das literarische Werk Heinrich Bölls. Kommentare und Interpretationen . Мюнхен.
  • Ханно Бет (ред.): Генрих Бёлль. Eine Einführung in das Gesamtwerk in Einzelinterpretationen. 2., überarbeitete und erweiterte Auflage. Кенигштайн i.Ts. 1980 г.
  • Альфред Бёлль: Bilder einer deutschen Familie. Die Bölls. Густав Люббе, Бергиш-Гладбах, 1981.
  • Виктор Бёлль, Маркус Шефер и Йохен Шуберт: Генрих Бёлль. dtv, Мюнхен, 2002 (портрет dtv).
  • Люсия Боргезе: Invito alla lettura di Heinrich Böll. Мурсия, Милан, 1980 год.
  • Майкл Батлер (ред.): Рассказ Генриха Бёлля. Социальное сознание и литературные достижения. Кембридж 1994.
  • Фрэнк Финлей: О рациональности поэзии: эстетическое мышление Генриха Бёлля. Родопи, Амстердам / Атланта, 1996.
  • Эрхард Фридрихсмайер: Die satirische Kurzprosa Генрих Бёллс. Чапел-Хилл 1981.
  • Лоуренс Ф. Глатц: Генрих Бёлль как моралист. Питер Лэнг, Нью-Йорк, 1999.
  • Кристин Хаммель: Intertextualität im Werk Heinrich Bölls. Wissenschaftlicher Verlag, Трир, 2002.
  • Манфред Юргенсен (ред.): Böll. Untersuchungen zum Werk. Франк, Берн / Мюнхен, 1975.
  • Кристиан Линдер: Генрих Бёлль. Лебен и Шрайбен 1917–1985. Kiepenheuer & Witsch, Кельн, 1986.
  • Райх-Раницки, Марсель (1986). Mehr als ein Dichter: über Heinrich Böll (на немецком языке). Кельн: Kiepenheuer & Witsch.
  • Джеймс Х. Рид: Генрих Бёлль. Немец своего времени. Berg Publishers, Оксфорд / Нью-Йорк / Гамбург, 1988. — Немецкий: Генрих Бёлль. Сейнер Ein Zeuge Zeit. dtv, Мюнхен, 1991 г.
  • Клаус Шретер: Генрих Бёлль. Rowohlt, Reinbek 1987 (Rowohlts Monographien).
  • Йохен Фогт: Генрих Бёлль. 2. Auflage. Бек, Мюнхен, 1987 г.
  • Генрих Вормвег: Der andere Deutsche. Генрих Бёлль. Eine Biographie. Kiepenheuer & Witsch, Кельн, 2002.
  • Себальд, WG (1999). Luftkrieg und Literatur: Mit einem Essay zu Alfred Andersch [ О естественной истории разрушения ] (на немецком языке).

Прощание

В Москве Белль провел еще два дня, заполненных тем же несметным количеством дел, торжественных обедов и ужинов и постоянным «сопровождением», что и до отъезда в Суздаль. Но теперь Белль был постоянно на виду. Копелев либо мой отец, либо еще кто-то из
друзей находились при нем неотлучно, питался Белль в основном у друзей, все к тому времени наладивших, поэтому для всяких неприятных эпизодов и провокаций, крупных и мелких, не оставалось пространства.

3 августа мы провожали Беллей в аэропорту «Шереметьево». За соседней стойкой проходила досмотр женщина, вылетавшая с туристской группой в Венгрию. Провожал ее коренастый мужичок средних лет, выглядящий достаточно солидно, уверенный в себе. На груди у
него болталась карточка журналиста, аккредитованного на Спартакиаде народов СССР.

Таможенница с довольно брезгливым видом извлекла из чемоданчика женщины батон колбасы и пачку гречки: «Нельзя. Не положено». Женщина попыталась протестовать, выяснить, почему нельзя, а ее провожающий — муж или близкий друг — зашел за барьерчик, у которого
стоял, подошел к стойке и тоже попытался объясниться с таможенницей. Та слушать его не стала, а немедленно завопила пронзительным голосом нечто похожее на знаменитое булгаковское «Палосич!»

Появился «Палосич» (будем называть его так) — очень высокий и очень плоский мужчина, настолько плоский и худой, что профиль его казался грубо вырезанным из куска коричневатого картона, торчащего из синеватого мундира с большим, чем у таможенницы, количеством
всяких звездочек и нашивок. Только глянув на ситуацию и не став вникать в подробности, он сразу заорал на мужчину: «А ты что тут делаешь? А ну пошел вон!»

И мужчина покорно поспешил убраться, унося с собой колбасу и гречку.

Этот эпизод с унижением человека произвел на Белля почти шоковое впечатление и много прибавил к его пониманию того, чем и как жила и дышала наша страна.

Были и замечательные встречи, показывавшие Беллям, что отношение к ним властей и прилипал власти не имеет ничего общего с отношением к ним того большинства, которое и есть Россия. В день перед отъездом Беллей мы с отцом повели Раймонда и Гайде в Донской
монастырь. Помню, мы смотрели открытую в то время во флигеле выставку Гонзаго, когда к нам подошел молодой реставратор, заинтересовавшийся, услышав немецкую речь. А узнав, что перед ним сын Белля и что сам Белль сейчас в Москве, реставратор не мог сдержать
эмоций. Белль — его любимый писатель, объяснил он, и он постоянно носит при себе и перечитывает какую-нибудь из книг Белля. Вынув книгу, которая была при нем в тот момент («Долина грохочущих копыт» или «Бильярд в половине десятого», точно не помню), он
спросил, не сможет ли Белль ее надписать. Раймонд забрал книгу, а отец оставил реставратору свой телефон.

Уже после отъезда Белля реставратор позвонил, заехал к отцу и забрал надписанный экземпляр. А в тот момент реставратор стал предлагать показать все запасники музея, куда он может нас провести, и мы посмотрели немало интересного. Раймонд, сам скульптор
и архитектор, и очень талантливый (он уже был неизлечимо болен и, кажется, это знал; прожил он после этого очень недолго, и его смерть была для Генриха Белля тяжелейшим ударом), стал увлеченно обсуждать с реставратором профессиональные проблемы. После
этого мы отправились обедать на террасу ресторана «Прага» при так называемом зимнем саде, где нам удалось несколько исправить неблагоприятное впечатление, произведенное на Беллей сервисом «Интуриста». Как ни странно, и метрдотель, и официанты, и даже,
кажется, швейцар «Праги» знали, кто такой Генрих Белль, и нас обслужили просто замечательно.

Вот, пожалуй, и все, что я хотел рассказать — о многом другом лучше рассказывать другим людям.

Но одно я знаю точно: Белль никогда не сомневался, что все неприятности, с ним происшедшие, не имеют никакого отношения к России и ее народу.

Этот текст лег в основу немецкого документального фильма «Генрих Белль: под красной звездой», где Алексей Биргер выступил в роли «сквозного» ведущего. Премьера фильма на немецком телевидении состоялась 29 ноября 1999 года, а в Москве фильм могли увидеть
в Доме кино 13 декабря 1999 года — он был представлен от Германии на кинофестиваль «Сталкер».

Александр Биргер

По золотому кольцу

Отъезд в Суздаль был намечен на утро 29 июля. За оставшиеся до отъезда дни Белль полностью осуществил намеченную программу. Он сделал запись беседы с Копелевым для немецкого телевидения (текст этой беседы был опубликован в «Огоньке» перестроечного времени),
побывал на двух ужинах в его честь — у Василия Аксенова (где повидать Белля собрались литературные круги и, в частности, уже ощутившие первые грозовые разряды участники альманаха «Метрополь») и у сотрудницы западногерманского посольства Дорис Шенк, съездил
на могилу Богатырева (поднялся оттуда на могилу Пастернака, а потом навестил семьи Пастернаков и Ивановых в писательском поселке Переделкино), побывал в Загорске и провел еще несколько встреч — например, мой отец показал ему мастерскую скульптора Сидура…

Все это происходило на однообразно-тягостном и досадливом фоне все той же постоянной слежки и мелких провокаций. Что было тревожно — все яснее вырисовывалось «направление главного удара» этих провокаций: здоровье Белля. Несколько раз ему срывали под
различными предлогами возможность поесть после принятия лекарств и инсулинового укола — а ведь такое могло кончиться как угодно плохо, вплоть до диабетической комы. Особенно показательной стала поездка в Загорск. Поскольку время приема лекарств и пищи
было строго расписано, то договорились, что на обратном пути Белль, приняв лекарства и сделав укол, остановится пообедать на даче у Вячеслава Грабаря в поселке академиков близ Абрамцево (как раз приблизительно на середине дороги между Загорском и Москвой).

Когда выехали из Загорска, Белль по часам принял лекарства и сделал укол, а шофера специальной интуристовской машины попросили завернуть на дачу. Шофер категорически отказался, объяснив свой отказ тем, что Абрамцево выходит за 50-километровую зону вокруг
Москвы и поэтому для въезда туда иностранцам тоже нужно специальное разрешение, а у Беллей разрешение только на Загорск… При всех формальных основаниях в этом отказе имелись две вопиющие странности: во-первых, о вероятности остановки в Абрамцево были
предупреждены лица, выдававшие Беллю разрешение на поездку в Загорск; во-вторых, все дачи кооперативных поселков научных и творческих работников вокруг знаменитого Музея-усадьбы Абрамцево расположены в поясе от 52-го до 56-го километра, и никогда (в случаях
с другими иностранными гостями) не обращалось внимания на незначительное превышение 50-километровой зоны.

Конец этой поездки превратился в полный кошмар. Беллю в машине стало становиться все хуже и хуже, он был в состоянии, близком к потере сознания, его с трудом довезли до места, где можно было остановиться и перекусить.

Повторение таких эпизодов из раза в раз само по себе настораживало и вызывало самые серьезные опасения.

Сопровождать Беллей во Владимире и Суздале должны были мой отец, жена отца Наташа и я. Я говорю «во Владимире и Суздале», а не «во Владимир и Суздаль», потому что ехать вместе с ними мы не могли. По правилам иностранный гость, получивший разрешение посетить
какое-то достаточно далекое от Москвы место, должен был, если не летел самолетом и не перемещался в специальной машине, оплатить туда и обратно отдельное купе в скором поезде — «интуристовское» купе, по «интуристовским» ценам, совершенно непохожим на
обычные. И — «не вступать в лишние контакты» во время пути к месту, на посещение которого у него выдано разрешение. В силу всех этих причин совместная дорога была нам заказана. Поэтому мы отправились во Владимир на электричке.

Было воскресное утро, электричка была битком забита первой сменой покидавших Москву «мешочников» — несчастных людей, непонятно как тащивших на себе огромные горы запасов продовольствия, по меньшей мере на неделю.

В Суздале нас встретил тамошний архимандрит отец Валентин, все для нас уже устроивший. В годы Перестройки он скандально прославился из-за своего перехода вместе со всем приходом в ведение Зарубежной Православной Церкви. Весь скандал поднялся из-за отказа
отца Валентина писать «отчеты» высшему церковному руководству о встречах с иностранцами.

Отец Валентин отказывался писать отчеты уже много лет, но почему-то только в эпоху зрелой Перестройки этот вопрос достиг такой остроты, что был поставлен перед отцом Валентином ребром.

Но «черные метки» против имени отца Валентина копились, конечно, издавна. И наверняка можно сказать, что нескольким «черным меткам» он был обязан своим поведением во время приезда Беллей в Суздаль.

Мы пообедали у него, подождали немного и, прикинув по часам, что Белли должны уже быть на месте, отправились в интуристовский гостиничный комплекс, где договорились с ними встретиться.

Жизнь и борьба после войны

К концу 50-х годов Генрих Бёлль постепенно отходит от военной тематики. Его новые журнальные статьи и произведения посвящены политической ситуации в молодой германской республике и мире. Голос Бёлля набирает вес на мировой арене: он становится членом Немецкой Академии языка и поэтики, во Франции он получает награду за роман «Дом без хозяина», который признают лучшим иностранным романом, также он присоединяется к немецкому отделению международного ПЕН-клуба – неправительственной организации, в которой писатели, поэты и журналисты поддерживали своих коллег, подвергающихся политическим гонениям.

Бёлль становится лауреатом престижных премий, однако, становится все более неудобным действующим властям: так, вдруг запрещают к выходу уже анонсированный радиоэфир «Письмо молодому католику» — за критику католицизма.

Правительства многих стран пытаются привлечь его к своей идеологической борьбе. Но их невероятно злит, что автор ни в какую не хочет помещаться в обозначенные ему рамки

Генрих Бёлль ратует не только против войны, нацизма, формальной религиозности, он выступает против любого насилия над человеком, посягательства на свободу и права человека, он против гонений на писателей, и ему неважно, от какого политического строя это насилие исходит

Основные идеи романа «Безобразная герцогиня»

Одинокой проходит она через бурное, кровавое, смутное время, насыщенное распрями и усобицами многочисленных правителей многочисленных германских государств, через время, наполненное суевериями, злодеяниями и разбойничьими подвигами рыцарства, борьбой характеров против феодалов, отделенная от людей не только печальной привилегией своего рождения, не только титулами и правом владения имуществом и жизнями подданных, но и внешней своей телесной оболочкой, собственным безобразием, скрывающим от человеческих взоров мир ее души. Одинока она еще и потому, что, по мысли Фейхтвангера:

Фейхтвангер довольно точно и близко к исторической правде изобразил в своем романе перипетии жизни Маргариты Тирольской. Но он нигде, объясняя смысл событий, не следует средневековым хронистам, этим наивным историкам своих дней, нигде он не стремится восстановить в нетронутой цельности ни психологию людей ХУ века, ни воссоздать духовную атмосферу этого переходного от средневековья к Возрождению времени.

Представители рода Виттельсбахов или соперничавшего с ними рода Габсбургов — расчетливые, коварные, своекорыстные люди — мыслят и рассуждают скорее как дельцы, нежели как родовитые рыцари. В той сваре, которая шла между королями, герцогами, графами и баронами, в той борьбе за власть, деньги, поместья, которую вели они, Фейхтвангер не видит ничего романтического и возвышенного.

Его персонажи, облеченные в рыцарские доспехи или парчовые одежды придворных, ведут себя подобно современным рыцарям наживы, сражающимся на биржах за деньги и богатства. Это стремление приблизить психологию прошлого к психологии людей нового времени, поставив между ними знак равенства, сказывается и в художественных приемах романиста, избегающего даже намека на стилизацию и архаизацию языка и изображающего мир прошлого в красках современности.

Основные черты главных героев

Героев своего романа писатель наделяет чертами, присущими современным сынам капитализма. Таков, например, Якоб фон Шенна, владетельный рыцарь, друг и советчик Маргариты, повторяющий в своем облике характерные свойства либералов, брезгливо морщившихся перед лицом, неприглядных действий реакции и вместе с тем ловко умеющих обделывать свои делишки.

Рыцари и князья церкви, владетельные феодалы и бедные дворяне — все они одержимы погоней за деньгами, ибо презренный металл оказывается способен принести большую выгоду, нежели честная сталь рыцарского меча. Деньги являются истинным двигателем всеобщих интересов. Феодальные властители поддерживают банкиров и ростовщиков вроде мессере Артезе или Менделя Гирша, вносивших дух предприимчивости в грубый и туповатый мир рыцарства и стоявших за кулисами политических интриг.

Награды, почести и назначения

Böll был чрезвычайно успешным и неоднократно хвалился. В 1953 году он был награжден премией немецкой промышленности в области культуры, премией Южногерманского радио и премией немецких критиков. В 1954 году он получил приз Парижской трибуны. В 1955 году ему была присуждена французская премия за лучший зарубежный роман. В 1958 году он получил приз Эдуарда фон дер Хейдта города Вупперталь и приз Bayerische Akademie der Schönen Künste (Баварская академия изящных искусств). В 1959 году он получил Большую художественную премию земли Северный Рейн-Вестфалия, литературную премию города Кельна и был избран членом Академии наук и искусств в Майнце.

В 1960 году он стал членом Баварской академии изящных искусств и получил премию Шарля Вейлона.

В 1967 году ему была присуждена премия Георга Бюхнера .

В 1972 году он получил Нобелевскую премию по литературе «за свои произведения, которые благодаря сочетанию широкого взгляда на его время и тонкого мастерства в характеристике способствовали обновлению немецкой литературы».

До своей смерти он был удостоен ряда почетных наград, таких как членство в Американской академии искусств и литературы в 1974 году и медаль Осецкого 1974 года (последняя за его защиту и вклад в глобальные права человека).

Бёлль был президентом PEN International , всемирной ассоциации писателей, с 1971 по 1973 год.

Первые успехи

В следующем году его рассказы продолжают расходиться по редакциям, он даже получает гонорар в размере 600 марок, которые, к несчастью, полностью «сгорают» из-за проведения в Германии денежной реформы. Также в 1948 году появляется на свет второй сын Бёлля – Рене.

1949 и 50 годы проходят очень тяжело: рассказы Бёлля хоть и публикуются, но гонораров катастрофически не хватает для содержания семьи, он вынужден устроиться подрабатывать служащим в статистическом управлении, чтобы прокормить семью. 1950 год радует чету Бёлль рождением третьего сына Винсента. А в 1952 году с писателем, наконец, подписывает контракт одно из ведущих издательств Германии Kiepenheuer & Witsch.

Библиография

Сочинения

  • Kreuz ohne Liebe. 1946/47 (Крест без любви; 2002; рус. пер. 2004)
  • Aus der «Vorzeit». 1947
  • Die Botschaft. 1947 (Весть; 1957)
  • Der Mann mit den Messern. 1948 (Человек с ножами; 1957)
  • So ein Rummel. 1948
  • Das Vermächtnis. Entstanden 1948/49; Druck 1981
  • Der Zug war pünktlich. 1949 (Поезд прибыл по расписанию; 1971)
  • Mein teures Bein. 1950 (Моя дорогая нога; 1952)
  • Wanderer, kommst du nach Spa…. 1950 (Путник, когда ты придёшь в Спа…; 1957)
  • Die schwarzen Schafe. 1951 (Паршивые овцы; 1964)
  • Der Engel schwieg. Entstanden 1949-51; Druck 1992 (Ангел молчал, рус. пер. 2001)
  • Wo warst du, Adam? 1951 (Где ты был, Адам?; 1963)
  • Nicht nur zur Weihnachtszeit. 1952 (Не только под Рождество; 1959)
  • Die Waage der Baleks. 1952 (Весы Балеков; 1956)
  • Abenteuer eines Brotbeutels. 1953 (История одного солдатского мешка; 1957)
  • Die Postkarte. 1953 (Почтовая открытка; 1956)
  • Und sagte kein einziges Wort. 1953 (И не сказал ни единого слова; 1957)
  • Haus ohne Hüter. 1954 (Дом без хозяина; 1960)
  • Das Brot der frühen Jahre. 1955 (Хлеб ранних лет; 1958)
  • Der Lacher. 1955 (Поставщик смеха; 1957)
  • Zum Tee bei Dr. Borsig. 1955 (На чашке чая у доктора Борзига; 1968)
  • Wie in schlechten Romanen. 1956 (Как в плохих романах; 1962)
  • Irisches Tagebuch. 1957 (Ирландский дневник; 1963)
  • Die Spurlosen. 1957 (Неуловимые; 1968)
  • Doktor Murkes gesammeltes Schweigen. 1955 (Молчание доктора Мурке; 1956)
  • Billard um halb zehn. 1959 (Бильярд в половине десятого; 1961)
  • Ein Schluck Erde. 1962
  • Anekdote zur Senkung der Arbeitsmoral. 1963 (Анекдот об упадке морали тружеников)
  • Ansichten eines Clowns. 1963 (Глазами клоуна; 1964)
  • Entfernung von der Truppe. 1964 (Самовольная отлучка; 1965)
  • Ende einer Dienstfahrt. 1966 (Чем кончилась одна командировка; 1966)
  • Gruppenbild mit Dame. 1971 (Групповой портрет с дамой; 1973)
  • Die verlorene Ehre der Katharina Blum. 1974 (Потерянная честь Катарины Блюм)
  • Berichte zur Gesinnungslage der Nation. 1975
  • Fürsorgliche Belagerung. 1979 (1972) (Под конвоем заботы)
  • Was soll aus dem Jungen bloß werden? 1981
  • Vermintes Gelände. 1982 (Заминированная территория)
  • Die Verwundung. Frühe Erzählungen; Druck 1983 (Ранение)
  • Bild-Bonn-Boenisch (1981). «Образ, Бонн, боннский» (1984)
  • Frauen vor Flusslandschaft. 1985 (Женщины у берега Рейна)
  • Der blasse Hund. Frühe Erzählungen; Druck 1995

Собрание сочинений на русском языке

  • Генрих Бёлль. Собрание сочинений в пяти томах: Пер. с нем.; Редкол.: А. В. Карельский и др.  — М.: Художественная литература, 1989—1996. — ISBN 5-280-00825-7
    • Т. 1: Романы. Повесть. Рассказы. Эссе, 1946—1954. — 1989. — 703 с., портр.; 200 000 экз. — ISBN 5-280-00824-9
    • Т. 2: Роман. Повести. Путевой дневник. Радиопьесы. Рассказы. Эссе, 1954—1958 / . — 1990. — 719 с.; 200 000 экз. — ISBN 5-280-01217-3
    • Т. 3: Романы. Повесть. Радиопьесы. Рассказы. Эссе. Речи. Интервью; 1959—1964. / . — 1996. — 718 с.; 25 000 экз. — ISBN 5-280-01218-1
    • Т. 4: Повесть. Роман. Рассказы. Эссе. Речи. Лекции. Интервью; 1964—1971. / . — 1996. — 783 с.; 20 000 экз. — ISBN 5-280-01219-X
    • Т. 5: Повесть. Роман. Рассказы. Эссе. Речи. Интервью; 1971—1985. / . — 1996. — 703 с.; 20 000 экз. — ISBN 5-280-01220-3

Главная героиня романа «Безобразная герцогиня» — Маргарита Маульташ

Героиня первого исторического романа Фейхтвангера возникает на его страницах как сильная, наделенная богатым внутренним содержанием, естественной тягой к добру н счастью натура. Нежная ее душа, открытая красоте бытия, богатым и сложным переживаниям, тонко ощущающая власть и благо искусства, обладающая могучей потребностью любви и способностью к самозабвенной жертвенности во имя любви, постепенно, в борениях с неумолимой жестокостью мира, черствеет, каменеет, проникается мертвенным равнодушием, наливается холодным скепсисом и тягостной непреодолимой усталостью.

Ясный и светлый разум Маргариты, позволявший ей без большого труда овладевать ученой премудростью своего века, разгадывать хитро сплетения политических интриг, которые вили вокруг ее достояния — ее маленького государства — корыстные и свирепые феодальные властители, разум ее, позволявший Маргарите понимать благо своих подданных — постепенно тускнеет, меркнет и под конец ее жизни еле вспыхивает подобно гаснущему светильнику, уже неспособному развеять темноту приближающейся вечной ночи.

Интересные факты

  • В 1985 году вышел ранее неизвестный роман писателя — «Солдатское наследство» (Das Vermächtnis), повествующий о кровавых событиях, происходивших во время войны в районе Атлантики и Восточного фронта, который был написан в 1947 году, однако публиковался впервые.
  • В начале 1990-х годов на чердаке дома Бёлля были найдены рукописи, в которых содержался текст самого первого романа писателя — «Ангел молчал». Этот роман после создания был самим автором, обременённым семьёй и нуждающимся в деньгах, «разобран» на множество отдельных рассказов ради получения большего гонорара. Опубликован в (рус. пер. 2001).
  • В 1948 году Генрих Бёлль написал повесть «Завет», рукопись претерпела сложные приключения, считалась пропавшей, была случайно обнаружена спустя более тридцати лет и опубликована в 1982 году.

Белль Ганнесс убивает собственных детей и мужей

Белль Ганнес родилась в 1859 году в Норвегии, и ее настоящее имя — Брингильда Польсдаттер Сторшетт. Говорят, изначально в ней не было ничего жуткого или странного, обычная крестьянская баба, мечта фермера — ростом под два метра и весом 90 кило.

Но однажды с ней случилась паршивая история: Брингильда была беременна и пришла на танцы. Во время плясок случилась пьяная потасовка, и местный мажор (то ли сын пастора, то ли сын деревенского старейшины) пнул ее в живот. Удар был такой силы, что даже мощная Белль едва не отдала богу душу. У нее случился выкидыш, а в самой ней что-то перемкнуло: ее взгляд стал затуманенным, немигающим, смотрящим сквозь собеседника.

Брингильда в молодости

Хлыщу за тот инцидент ничего не было: никакой ответственности он не понес. Вот только вскоре он умер от мучительных болей в животе, предположительно колита. А Брингильда, в жизни которой будет подозрительно много смертей от «колита», отправилась в Америку, точнее в Чикаго. Там она взяла более звучное имя Белль и устроилась служанкой.

В 1884 году она вышла замуж за такого же норвежского иммигранта Мадса Соренсена. Пара завела детей и открыла кондитерскую лавку. Дела у них шли — поганее некуда. Денег не было, а за долги бизнес должны были вот-вот отобрать. Однако паре неожиданно «повезло» — лавка сгорела дотла, и семья получила неплохую страховку. Вскоре двое детей Белль скончались от болей в животе, предположительно колита. Дети также были застрахованы, и безутешные родители получили столько денег, что хватило на приличную жизнь.

Правда, через какое-то время умер и муж Белль — снова чертов колит. Вскрывавший Мадса коронер заявил, что это явное отравление стрихнином, и уже был готов заявить в полицию об убийстве. Однако вмешался семейный доктор Соренсенов, который убедил страховые службы в том, что у Мадса было слишком большое сердце, и оно просто не выдержало череды свалившихся горестей. Не показалось подозрительным и то, что умер он аккурат в тот день, когда старая страховка еще не кончилась, а новая уже вошла в силу. Так что Белль получила двойную сумму и, надо полагать, поделилась с семейным врачом — слишком уж активно он защищал ее версию.

Полученные деньги Ганнесс потратила на роскошную (по меркам норвежской крестьянки) ферму в Ла-Порте, штат Индиана. Но беды преследовали ее и здесь; на ферме постоянно что-то горело: то каретный сарай, то лодки, то сам дом, и каждый раз Брингильда получала за это неплохие деньги.

Ферма Ганнессов

В 1902 году Белль нашла новую любовь, выйдя замуж за местного мясника по имени Питер Ганнесс. У вдовца был прескверный характер и собственные дети, но она уже придумала, как решить эту проблему. Сначала умерла младшая дочь Ганнесса — от колита (а от чего же еще?).

Потом трагически погиб и сам Питер: на него с высокой полки упала стальная мясорубка, проломив тому голову. На последовавшем суде Белль едва не отправили за решетку, поскольку коронер доказывал, что рана не похожа на ушиб от падения тяжелого предмета, больше напоминает удар сзади. Хуже того, оставшаяся в живых дочь Ганнесса рассказывала, что подслушала, как мачеха забила папашу мясорубкой.  

На суде выяснилось, что Белль беременна, и сердце присяжных растаяло. Они вдруг увидели не огромную бабищу с мясистым лицом, которая предположительно проломила голову супругу, а несчастную мать, готовую подарить миру новую жизнь, и горестную от утраты кормильца. Чего присяжные не знали, так это того, что Белль однажды самолично убьет этого самого ребенка — задушит в постели, чтобы замести следы своего «ремесла».

Белль отпустили, а ее приемная дочь, которая трепалась о том, что мачеха якобы убила отца, пропала — «уехала в Калифорнию учиться в гимназии». Позже ее предполагаемое тело нашли в общем могильнике, среди десятков других. Но это позже.

Память

  • В 1987 году в Кёльне был создан Фонд Генриха Бёлля — неправительственная организация, тесно взаимодействующая с партией зелёных (его отделения существуют во многих странах, в том числе и в России). Фонд поддерживает проекты в сфере развития гражданского общества, экологии, прав человека.
  • к 100-летию со дня рождения известного немецкого писателя Генриха Бёлля 8 декабря 2017 года в русском доме науки и культуры в Берлине была прочитана лекция о немецком писателе-антифашисте Генрихе Бёлле. Мероприятие прошло в рамках цикла лекций по истории, литературе и живописи, организованных историком и филологом Галиной Мартьяновой совместно с немецким клубом «Диалог».
Гость форума
От: admin

Эта тема закрыта для публикации ответов.