9 цитат из дневника елены булгаковой

Алан-э-Дейл       20.12.2022 г.

Булгаков и самоубийство

Еще один миф о Булгакове связан со смертоносным оружием. В своих мемуарах литературовед Владимир Лакшин приводит рассказ третьей жены Булгакова Елены Сергеевны о том, как Булгаков в самое тяжелое время, когда он практи­чески был объявлен вне закона, собирался стреляться, а потом передумал и в знак судьбоносных перемен выбросил револьвер в пруд:

У нас нет других прямых свидетельств об этом случае. Достоверно известно лишь одно: револьвер (или браунинг) был важным мотивом в жизни Булгакова и постоянно повторяющейся деталью в его произведениях.

У самого Булгакова был, по-видимому, браунинг еще со времен Гражданской войны: его упоминает его первая жена Татьяна Лаппа, описывая их киевскую жизнь в 1918 году. Именно браунинг фигурирует в рассказе «Вьюга», главный герой которого, молодой врач, заблудившись в метель, отстреливается от стаи волков. В другом произведении, «Я убил», врач Яшвин рассказывает, как он из браунинга застрелил жестокого полковника, истязавшего людей.

Оружие у Булгакова тесно связано и с темой самоубийства. Из браунинга застрелился доктор Поляков в повести «Морфий»; о самоубийстве размышляет (и крадет браунинг у друга) главный герой и альтер эго автора писатель Максу­дов в романе «Записки покойника»; Воланд в одной из редакций романа «Ма­стер и Маргарита» дает поэту револьвер.

Михаил Булгаков (лежит в центре) с матерью Варварой Михайловной, братьями и сестрами и другом Борисом Богдановым (крайний справа) на даче в Буче. 1900-е годы

Сам Булгаков в юности стал единственным свидетелем самоубийства школь­ного товарища, с которым он сидел за одной партой. Эта смерть потрясла Булгакова-врача. Татьяна Лаппа вспоминала позднее:

В феврале 1940 года смертельно больной писатель спрашивал жену Елену Сергеевну: «Ты мо­жешь достать у Евгения  То есть у Евгения Шиловского, крупного со­ветского военачальника, бывшего мужа Еле­ны Булгаковой. револьвер?»

Мысль о самоубийстве впервые появилась у Булгакова в 1930 году: доведенный до отчаяния, фактически погибающий («мой корабль тонет») писатель написал знаменитое письмо правительству СССР. В очень откровенном и подробном письме Булгаков объяснял полную свою невозможность быть писателем в СССР, пророчил собственную скорую гибель и просил отпустить его за грани­цу. Письмо было адресовано в том числе Сталину, Молотову, Кагановичу, Ка­линину и Ягоде. В дни, когда писатель напряженно ждал ответа и решения своей участи, пришло известие о самоубийстве Владимира Маяковского. 18 апреля в квартире Булгакова раздался телефонный звонок, и уже на следую­щий день Булгакова приняли на работу во МХАТ ассистентом-режиссером.

Возможно, в действительности Булгаков не выбрасывал револьвер в пруд после решающего звонка. Мы даже не знаем точно, приехал ли он в Москву с брау­нингом, или оружие кануло в Лету вместе с окончившейся Гражданской вой­ной и приключениями Булгакова на Кавказе.

Несомненно одно: весной 1930 года Булгаков был готов к смерти, и самоубий­ство виделось ему почти единственным выходом из невыносимого положения.

Елена

Елене Сергеевне — третьей и последней жене Михаила Афанасьевича Булгакова — не было нужды ждать публикации в журнале «Москва». Она читала «Мастера и Маргариту» по мере написания, а со временем просто выучила роман наизусть. Да и как могло быть иначе, если книга написана о ней самой! Мишенька описал все с почти документальной точностью: Елена Сергеевна жила, как у Христа за пазухой, не зная ни в чем отказа, не прикасаясь к примусу… У нее был красивый, любящий и  высокопоставленный муж — полковник Евгений Александрович Шиловский (ему покровительствовал сам маршал Тухачевский). Узнав о тайном романе жены с Булгаковым, Шиловский грозил пристрелить обоих, клялся, что в случае развода не отдаст Елене Сергеевне детей. Влюбленные решили расстаться, и долгие месяцы не видели друг друга, но их любовь не слабела… И вот, оставив отцу десятилетнего сына Женю и забрав пятилетнего Сережу (формально тоже сына Шиловского, а на самом деле рожденного от прошлого романа Елены Сергеевны — с Тухачевским), она  переехала к Булгакову. Когда ее вещи стали грузить в машину, Шиловский без фуражки кинулся со двора, чтобы не видеть отъезда. Нянька детей завыла в голос. Это был самый настоящий скандал, и московская элита долго смаковала подробности.

Восемь лет Елена Сергеевна прожила с Михаилом Афанасьевичем. И были  засушенные розы в письмах друг к другу. И бал у американского посла в Спасо-Хаусе в зале с колоннами, залитом светом прожекторов, с фазанами и попугаями в клетках, с ворохом тюльпанов и роз. Елена Сергеевна царила на этом балу в своем великолепном вечернем платье, темно-синем с бледно-розовыми цветами. И шелковая шапочка Мастера, сшитая ее собственными руками, тоже была…

Спасо-Хаус, резиденция американского посла, в которой происходил знаменитый бал.  Фото с сайта https://pastvu.com

Елена Сергеевна любила Булгакова, умела сопереживать, была верна, и считала, что всем этим заслужила право называться его единственной музой. А что касается той отверженной, униженной и, конечно, давно забытой женщины, которую Булгаков звал в последние часы своей жизни — так ведь мало ли что привидится умирающему человеку в бреду! «Миша, твоя жена теперь я. И я здесь, с тобой, — уговаривала его тогда Елена Сергеевна. — А Таси здесь нет. Ты развелся с ней больше пятнадцати лет назад». Но больной не слушал и, кажется, совсем не узнавал жену: «Тася, где она? Пусть Леля (Елена, младшая сестра Булгакова — прим. Совсем Другой Город) позовет ее. Если Тася не приедет, я не стану жить!»

Татьяна Лаппа

Тася

— Неужели правда не станешь жить? — Саша Гдешинский со смесью ужаса и уважения глядел на товарища.

— Не стану! — твердо сказал семнадцатилетний Миша Булгаков. — Вот достану револьвер, и застрелюсь к черту! Понимаешь, душа болит бесконечно. Она должна была приехать на Рождество, и вот, не приедет, родители не пускают. А, вдруг она вообще никогда не приедет?! А вдруг полюбит другого?! Ну не могу я больше терпеть эту неизвестность!

Наспех распрощавшись с Булгаковым, Гдешинский бросился на почту. И полетела в Саратов телеграмма: «Телеграфируйте обманом приезд. Миша стреляется»…

Михаил и Татьяна

… Полугодом раньше пятнадцатилетняя Татьяна Лаппа гостила у тетки в Киеве, и познакомилась с гимназистом восьмого класса, шестнадцатилетним Мишей Булгаковым. Ох, не даром Тасина мать не скупилась на зуботычины («За что, мама?» — «У тебя глаза порочные! Так и буравишь ими мужчин!» — «Я не виновата, мама! Просто я подросла!») — виновата или не виновата, но только колдовские глаза были у Таси! Посмотрел в них Миша, и пропал. Взявшись за руки, через шумный Купеческий сад брели в безлюдный Царский — целоваться. «Ты ведьма, ты свела меня с ума», — шептал Миша…

…Родители перехватывали их письма друг к другу, отнимали у них железнодорожные билеты, запирали на замок… Влюбленные увиделись только через три года! Они стояли на вокале и целовались у всех на виду. Люди говорили: «Надо же, неужели в наше время еще встречается такая любовь — нерассуждающая, не знающая стыда, как у Ромео с Джульеттой?!» Что ж, с любовью Миши и Таси скоро пришлось смириться даже их родителям; и дело стремительно двигалось к свадьбе. Варвара Михайловна — Мишина мать — велела молодым поститься перед венчанием. Но, отобедав пустой картошкой в семье, жених с невестой ехали в ресторан, оттуда — в оперу («Руслан и Людмила», «Аида», чаще — любимый обоими «Фауст»), а уж оттуда — в свою съемную комнату. Варвара Михайловна была очень недовольна, что молодые еще до свадьбы живут вместе, но поделать ничего не могла…

25 апреля 1913 года Михаил и Тася обвенчались в Киево-Подольской Добро-Николаевской церкви. Булгаков надел на венчание Тасин  золотой браслет — он почему-то был уверен, что эта безделушка приносит счастье (потом он еще не раз надевал браслет: на выпускные экзамены в университете, и когда ему грозила смертельная опасность, и когда ему слишком долго не платили гонорар за рассказы, и просто когда хотел, чтоб ему повезло в казино). Было много цветов, особенно нарциссов. А вот фаты на невесте не было, белого платья тоже (деньги, присланные отцом на свадьбу, Тася потратила), и под венцом она  стояла в полотняной юбке и блузке.

Варвара Михайловна вздыхала: «Безбожники! Не кончится добром такой брак!» — она догадывалась, куда пошли Тасины «свадебные» деньги. Врачебное вмешательство определенного рода было в те времена делом опасным и весьма дорогостоящим… Тася решилась на это, чтобы не думали, будто она принуждает Мишу жениться.

Дом Булгакова в Киеве

Булгаков и трамвай

Трамвайные пути на Сретенке. Москва, 1932 год

Как известно, действие «Мастера и Маргариты» начинается на Патриарших прудах. Сцена с трамваем, головой Берлиоза и Аннушкиным маслом едва ли не самая известная в романе — ее знают даже те, кто никогда не читал «Масте­ра и Маргариту». Ходил ли на Патриках трамвай? Конечно, ходил, уверенно отвечают читатели.

В действительности все обстоит, как обычно, немного сложнее. Булгаков почти всегда точен в городских деталях (исключение составляют лишь несколько адресов) — в романе с легкостью узнается Москва 1930-х годов. Тем удивитель­нее, что о трамвае на Малой Бронной не известно почти ничего. То есть изве­стно, что трамвайных путей сейчас там нет, а дальше начинаются версии и до­гадки. С одной стороны, на московских картах тех лет трамвайные пути на Пат­риарших не обозначены. Первая жена Булгакова, жившая с ним на Большой Са­довой, утверждает, что никаких трамваев на Малой Бронной отродясь не быва­ло. Значит, Булгаков придумал этот трамвай?

С другой стороны, булгаковед Борис Мягков разыскал газетную заметку 1929 года, в которой сообщалось о скором появлении трамвайной линии на Ма­лой Бронной и Спиридоновке. Значит, не придумал? Но была ли построена эта линия — неизвестно.

И тогда появилась третья версия: трамвай ходил, Булгаков все правильно напи­сал, но это была грузовая линия, поэтому на картах ее не обозначали. В пользу этой версии, как кажется, говорит фотография с раскопок на Малой Бронной, на которой отчетливо видны старые рельсы, но достоверность этой фотогра­фии тоже вызывает вопросы.

Тем не менее трамвай стал одним из устойчивых московских мифов — на Чи­стых прудах трамвай маршрута «А» начали называть «Аннушка», и это еще больше запутало дело. Если Берлиоза убили на Патриарших, почему «Аннуш­ка» на Чистых? Или это были Чистые пруды? А где тогда сами пруды?

Простая, казалось бы, история в действительности оказывается загадочной и неясной. Сейчас можно сказать лишь одно: никаких достоверных свидетель­ств существования трамвайных линий, описанных Булгаковым, пока не обнару­жено. Скорее всего, трамвайные пути были придуманы для чрезвычайно эф­фектной сцены на любимых писателем Патриарших.

Вдова забытого писателя

Следующие 15 лет были самыми тяжелыми в жизни Елены Сергеевны. У нее нет денег, она живет за счет продажи своих вещей, мечтает кому-то сбыть старую пишущую машинку. Потом начинает зарабатывать переводами с французского, переводит Жюля Верна, Густава Эмара, книгу Андре Моруа «Ления, или Жизнь Жорж Санд». В 1848 году умерла любимая сестра, Ольга Бокшанская. Девять лет спустя произошла еще одна, по ее признанию, самая страшная трагедия ее жизни. В возрасте всего 35 лет ее старший сын Евгений умер от нефросклероза, той же болезни, что была у Булгакова. Она пишет: «Эта омерзительная маска “О-ла-ла!”, которую я стараюсь напяливать на себя как можно чаще, — это только защита от жалости. Не хочу, чтобы жалели. А дома — жизнь среди ушедших, письма, альбомы, газеты, фотографии. Притронуться трудно. Когда одна. При ком-нибудь легче».

Она покинула квартиру в Нащокинском переулке и переехала в дом №25 на Никитском бульваре, через несколько лет поселилась по другому, уже последнему своему московскому адресу — Никитский бульвар, 9. Она перевезла сюда все вещи, которые принадлежали когда-то Булгакову, здесь были его бюро красного дерева, кресла, книжные шкафы. На стене — старинная географическая карта и горный пейзаж, написанный Максимилианом Волошиным, с подписью «Дорогому Михаилу Афанасьевичу — первому, кто запечатлел душу русской усобицы». В коридоре висел плакат «Водка — враг, сберкасса — друг!», который Булгаков когда-то снял с забора и принес в дом. В соседней комнате стояла деревянная кровать с иконой в изголовье. Под этой кроватью долгие годы она хранила часть булгаковского архива.

1961

Все свои качества: ум, обаяние, хитрость, упорство, умение выстраивать нужные связи Елена Сергеевна поставила на службу одной цели — опубликовать его произведения. Мариэтте Чудаковой она потом говорила: «Чтобы Миша печатался, я отдамся любому!» Неизвестно, пришлось ли ей прибегать к этому способу. Но по поводу ее отношений с Константином Симоновым, ставшим впоследствии председателем комиссии по булгаковскому наследию, ходили разные слухи. Но все бесполезно. Булгаков почти забыт. Он считается второстепенным писателем, автором когда-то знаменитой пьесы «Дни Турбиных» и нескольких забавных фельетонов о нэпманской эпохе.

Но вот Сталин умирает, наступает период оттепели. Самым прогрессивным изданием в стране считается «Новый мир», где только что опубликовали «Один день Ивана Денисовича» Солженицына. Елена Сергеевна встречается с Твардовским, главным редактором журнала, передает ему рукопись «Мастера и Маргариты». Вскоре тот ей перезванивает, говорит, что потрясен, что Булгаков гений — и что роман напечатать сейчас невозможно. Проходят еще долгие семь лет, и наконец издана «Жизнь господина де Мольера». Еще через год наступает черед «Театрального романа» и «Белой гвардии». Но опубликовать «Мастера и Маргариту» ни у кого пока не хватает решимости.

И тут Константин Симонов, верный друг и соратник, придумывает блестящий ход. На свете существует литературный журнал «Москва», мало кому интересный. Его главный редактор Евгений Поповкин знал, что неизлечимо болен, и мог уже ничего не бояться. Он прочитал роман, страшно им увлекся и решился на публикацию. Первая часть «Мастера и Маргариты» вышла в ноябрьском номере журнала за 1966 год. Все боялись, что вторую запретят, но ее опубликовали в январском номере за следующий год. Так Евгений Поповкин, автор прочно забытых соцреалистических эпопей, одной своей подписью навсегда вписал свое имя в историю русской литературы.

Период обучения, работа в полевых госпиталях

Должна быть очень подробно рассмотрена такого автора, как Булгаков Михаил Афанасьевич, биография. Таблица дат, связанных с его жизнью, мало поможет тем, кто задался целью отыскать истоки его творчества и понять особенности его внутреннего мира. Поэтому предлагаем вам прочитать подробную биографию.

Будущий писатель обучался в Первой Александровской гимназии. Уровень образования в этом учебном заведении был очень высоким. В 1909 году Михаил Афанасьевич поступил в Киевский университет, по окончании которого должен был стать медиком. В 1914 г. началась Первая мировая война.

Окончив в 1916 г. университет, Михаил Афанасьевич работал в полевых госпиталях (в Каменец-Подольском, а через некоторое время – в Череповцах). Его отозвали с фронта в сентябре 1916 г. Булгаков стал заведующим Никольской сельской больницы, находившейся в Смоленской губернии. Через год, в 1917 г., Михаила Афанасьевича перевели в Вязьму. В созданных в 1926 году «Записках юного врача» нашел отражение этот период его жизни. Главным героем произведения является талантливый врач, добросовестный труженик. В, казалось бы, безнадежных ситуациях он спасает больных. Герой остро переживает непростое материальное положение необразованных крестьян, обитающих в смоленских деревнях. Однако он понимает, что не может ничего изменить.

«Сегодня я от тебя уйду»: зависимость от морфия, предательство и голод

Со своей первой любовью, Татьяной Лаппой, Михаил Булгаков познакомился еще будучи гимназистом. Шестнадцатилетняя гимназистка из Саратова приехала на летние каникулы к своей тете. Вскоре девушка уехала, однако влюбленные прощались не навсегда, а всего лишь до следующих каникул. Но через год Таню в Киев не отпустили. Будущий писатель воспринял это как страшную трагедию, а его друг даже отправил родителям девушки телеграмму: «Телеграфируйте обманом приезд. Миша стреляется».

Встретиться вновь влюбленные смогли лишь еще через год, когда Таня приехала в Киев, чтобы стать слушательницей Высших женских курсов. Несмотря на то, что родители были против, пара решила обвенчаться. Тогда же и начались проблемы с деньгами, из-за их недостатка Татьяне пришлось сделать аборт прямо перед свадьбой. Супруги жили в бедности, несмотря на то, что отец Тани ежемесячно высылал небольшую сумму – по воспоминаниям, Михаил тратил деньги импульсивно, бездумно, и частенько относил в ломбард золотые украшения Татьяны.

А потом началась Гражданская война, Михаила отправили в прифронтовую зону, где ему пришлось проводить экстренные операции и даже ампутировать ноги, и в этом ему помогала его супруга. Спустя несколько месяцев Булгакова перевели в Смоленскую губернию, где и началось его пристрастие к морфию. Все началось с того, что Булгаков делал операцию ребенку, страдающему от дифтерии в захолустной больнице. Для перестраховки он решил сделать самому себе прививку от этой болезни, после чего у него начались отеки и страшные боли. На помощь пришел морфий, который вызвал зависимость. В конце концов осознав, что он оказался на краю пропасти, Михаил решил поехать на лечение в Москву.

Освобождение от службы Булгаков получил только в феврале 1918 году, вместе с Татьяной они сразу же вернулись в Киев. Власть в Украине постоянно менялась, Булгакову приходилось все время скрываться и убегать. Однако в сентябре 1919 года Михаила все же направили военным врачом во Владикавказ, где он заболел тифом, из-за чего не смог уехать за границу. Все время болезни супруга не отходила от писателя ни на шаг – ухаживала за ним, бегала по врачам и продавала по частям золотую цепь, которая досталась ей в наследство от матери.

После выздоровления Михаил вместе с Татьяной перебрались в Москву, где он ночи напролет писал «Белую гвардию». Все это время супруга сидела рядом – регулярно меняла тазики с горячей водой, чтобы Булгаков мог согреть свои замерзшие руки.

Несмотря на преданность супруги, Михаила начала тяготить семейная жизнь, он уже не скрывал своих любовных похождений. Татьяна казалась ему слишком незаметной для жены писателя, она не особо интересовалась литературой, хотя и всегда поддерживала супруга. Последней каплей стала история с Любовью Белозерской. Она только что разошлась со своим мужем и находилась в активном поиске нового партнера, желательно – литератора. Девушка настолько впечатлила Булгакова своими умными литературными разговорами, грациозностью и острым языком, что он привел ее домой и предложил Татьяне жить втроем. Супруга опешила и ответила категорическим отказом.

Одним ноябрьским утром 1924 года позавтракав, Михаил Булгаков как бы между делом обронил супруге: «Если достану подводу, сегодня от тебя уйду». И сдержал обещание. Однако о Татьяне писатель не забывал, иногда помогал ей деньгами и навещал. Однажды Булгаков даже принес бывшей супруге журнал, где была напечатана «Белая гвардия» с посвящением Белозерской. Татьяна сильно обиделась, ведь это она поддерживала и принимала участие в создании романа. На что Михаил ответил ей: «Она меня попросила. Я чужому человеку не могу отказать, а своему – могу». Больше они не виделись.

Фото: ТАСС

Книги

Первой опубликованной книгой Михаила Булгакова была повесть «Похождения Чичикова», написанная в сатирической манере. За ней последовали частично автобиографические «Записки на манжетах», социальная драма «Дьяволиада» и первое крупное произведение писателя – роман «Белая гвардия». Удивительно, но первый роман Булгакова критиковали со всех сторон: местная цензура назвала его антикоммунистическим, а зарубежная пресса отзывалась как о слишком лояльном как раз к Советской власти.

Роман Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита»

О начале своей врачебной деятельности Михаил Афанасьевич поведал в сборнике рассказов «Записки юного врача», который и сегодня читается с огромным интересом. Особенно выделяется рассказ «Морфий». С медициной связана и одна из самых известных книг автора – «Собачье сердце», хотя в действительности она является тонкой сатирой на современную Булгакову действительность. Тогда же была написана и фантастическая повесть «Роковые яйца».

Писатель Михаил Булгаков

К 1930 году произведения Михаила Афанасьевича перестали печатать. Например, «Собачье сердце» впервые было опубликовано только в 1987 году, «Жизнь господина де Мольера» и «Театральный роман» — в 1965-ом. А самый сильный и невероятно масштабный роман «Мастер и Маргарита», который Булгаков писал с 1929 года и до самой смерти, впервые увидел свет только в конце 60-х годов и то – в сокращенном виде.

Иллюстрация к книге Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита»

В марте 1930-го года потерявший почву под ногами писатель отправляет письмо правительству, в котором просит решить его судьбу – или разрешить эмигрировать, или дать возможность работать. В результате ему позвонил лично Иосиф Сталин и сказал, что ему будет позволено ставить спектакли. Но издание книг Булгакова при его жизни так и не возобновилось.

«Бег» и «Дни Турбиных»

В пьесах Булгакова «Бег» и «Дни Турбиных» (1925-28 гг.) Михаил Афанасьевич показал, что интеллигенции враждебны все власти, которые сменяли друг друга в период Гражданской войны. Героями этих произведений являются типичные представители так называемой «новой интеллигенции». Сначала они либо настороженно отнеслись к революции, либо боролись против нее. М. А. Булгаков и себя относил к этому новому слою. Об этом он с юмором в рассказал в своем фельетоне под названием «Столица в блокноте». В нем он отметил, что появилась новая интеллигенция, «железная». Она способна и дрова колоть, и мебель грузить, и заниматься рентгеном. Булгаков отметил, что верит в то, что она выживет, не пропадет.

Личная жизнь Михаила Булгакова

Михаил был истинным ценителем женской красоты. Первый раз он женился, будучи студентом второго курса, на недавней гимназистке Татьяне Лаппе. Мать была против чрезмерно ранней для того времени женитьбы и корила сына за легкомыслие. И действительно этот брак оказался недостаточно прочным. Они расстались из-за нового увлечения драматурга.

Вторую избранницу Любовь Белозерскую Булгаков встретил в 1924 на одном из вечеров, проходивших в редакции издания «Накануне». Она была бывшей женой журналиста Ильи Василевского, эмигрировавшей с ним в Константинополь, модной и утонченной, в прошлом балериной, выступавшей в парижских театрах.

В 1925 они поженились, но в 1929 в семейной жизни начались сложности. Писатель познакомился на масленицу у общих друзей с Еленой Шиловской (в девичестве Нюрнберг, по первому мужу Нееловой), супругой военачальника и матерью двоих сыновей. Вначале она стала подругой второй жены литератора и его любовницей, а в 1932 Михаил развелся с Любовью и сразу же заключил брак с Еленой. Она стала его последней любовью, музой, другом, литературным секретарем и сделала все для издания его произведений.

Интересно, что у всех трех жен драматурга также было по три брака. Причем у первой спутницы жизни он стал первым супругом, у второй – вторым, у третьей – третьим. Считают, что это обстоятельство заставляет задуматься о присутствии мистики не только в творениях драматурга, но и в жизни.

Детей у Булгакова не было, однако усыновил сына Шиловской от предыдущего брака. Его потомки и являются в данный момент законными наследниками писателя.

Мария и Любовь

Мария Георгиевна Нестеренко держала журнал «Москва» на видном месте и, перечитывая рассказ Мастера о том, как Маргарита приходила к нему на свидания в его полуподвальчик на Арбате, узнавала каждую мелочь и радовалась: «Как это мило, что Мака описал наш с ним роман!»

Впрочем, в жизни все было наоборот: в полуподвале жила сама Маруся Нестеренко, а Булгаков к ней приходил. С улицы нужно было идти через дворик, мимо трех ее окон на уровне земли. И Маруся всегда по башмакам узнавала, кто идет. Часто Булгаков стучал носком башмака по стеклу, и она шла открывать. Она звала его Мака. Впрочем, в те времена Булгакова так звали все — с легкой руки его тогдашней жены, Любови Евгеньевны  Белозерской.

«Блестящая женщина, но Мака с ней несчастлив», — считала Маруся. Белозерская — остроумная, светская женщина, гостеприимная и кокетливая. Она вечно была чем-то увлечена: то верховой ездой, то автомобилями, и в доме толклись какие-то жокеи…  А Булгаков был нелюдим, все больше тосковал — его не печатали, пьесы запрещали, и в газетах то и дело затевали травлю. Дело кончилось фобиями: Булгаков боялся то улицы, то темноты, то сырости… Однажды ползал по углам на четвереньках — в халате, в колпаке, с керосинкой в руках — ему все казалось, что квартиру нужно просушить. Вошла Маруся, Михаил Афанасьевич сказал: «Умоляю, не говори Любе». Боялся, что жена станет смеяться над ним со своими гостями. Телефон у Булгаковых висел над письменным столом, и Белозерская все время болтала, мешая мужу писать. «Люба, так невозможно, я работаю!», — сказал он однажды. А она ответила: «Ничего, ты же не Достоевский»…

…«Чушь, — сказала постаревшая, но по-прежнему весьма светская Любовь Евгеньевна Белозерская, когда ей передали, что  Маруся Нестеренко считает себя прототипом булгаковской Маргариты. — Мака никогда не относился к ней всерьез»… Белозерская прекрасно понимала, что за женщина на самом деле описана в романе: зеленые глаза с легкой «косинкой», черные брови дугами, кожа, будто светящаяся изнутри, и буйный нрав, и хохот — это же портрет самой Любови Евгеньевны в молодости! И ведь это ее Мака любил до самозабвения, когда начинал писать свою главную книгу!

Елена Сергеевна

Третья жена Булгакова: расставались, встречались, объяснялись

Елена – фанатка Немировича-Данченко, мечтавшая о карьере артистки Художественного театра. Первое замужество в 25 лет. Офицер-штабист Юрий Неелов, сын артиста Мамонта Дальского, не удержал жену. Недолгий брак – командир буквально отбил ее у своего подчиненного.

И она была счастлива. Два сына, муж, профессиональный военный, Евгений Шиловский боготворил свою жену. Ему удалось, сделать блестящую карьеру, стал офицером Генштаба. В их окружении – военная советская элита, например Уборевич. Тихая и спокойная семейная обстановка.

А ее влечет к чему-то совершенно иному, к другим людям, к иному ритму жизни. Встреча с Булгаковым сначала перевернула все в ее душе. Но что дальше? Как такой огромный круг близких людей сделать несчастным?  Шиловский думал удержать ее, шантажируя детьми. Елена борется сама с собой – не подходит к телефону, не прогуливается  по улицам, где может быть Он. 20 месяцев смятения, тревог.

И все напрасно. И не в лучшее время для писателя. Его почти не печатают, он обращается к правительству страны с письмом-призывом: «…прошу меня, писателя, который не может быть полезен у себя, в отечестве, великодушно отпустить на свободу…».

Как в такое жуткое время и куда потянуть за собой любимую? Но она появилась и как будто бы сразу все начало налаживаться. Даже с мужем ей удалось остаться в дружеских отношениях.

Огромные деньги

Вернулся в Ленинград. О встрече с незнакомкой он вскоре забыл. Но недели через две на его домашний адрес из Москвы пришел почтовый перевод. Невельский отправился в почтовое отделение, получил деньги. Страшно удивила сумма — деньги были огромные. «От кого они?» — молодой человек снова терялся в догадках. Повертел бланк почтового перевода: в разделе «Для письменного сообщения» ни слова… Через день-два в ленинградской квартире раздался телефонный звонок: «С вами говорит Елена Сергеевна Булгакова…» Владимиру Невельскому позвонила жена и друг писателя. «Вы получили перевод? — спросила Елена Сергеевна. — Да, его послала я, выполняя волю покойного Михаила Афанасьевича. Он был великим шутником и выдумщиком. Даже когда заболел, устраивал розыгрыши».

Елена Сергеевна Булгакова перед смертью мужа поклялась ему, что не умрет, пока не опубликует его главную книгу — роман «Мастер и Маргарита». И она выполнила свою клятву. Фото: Public domain

И Елена Сергеевна рассказала Невельскому о необычном завещании Булгакова… Так спустя 29 лет Елена Сергеевна выполнила последнюю волю мужа.

Булгаков и Сталин

1 / 7

Михаил Булгаков с труппой Московского Художественного академического театра. 1926 годРоссийский государственный архив литературы и искусства

2 / 7

Сцена из спектакля «Дни Турбиных» в постановке Московского Художественного академического театра. 1926 годРоссийский государственный архив литературы и искусства

3 / 7

Сцена из спектакля «Дни Турбиных» в постановке Московского Художественного академического театра. 1926 годРоссийский государственный архив литературы и искусства

4 / 7

Сцена из спектакля «Дни Турбиных» в постановке Московского Художественного академического театра. 1926 годРоссийский государственный архив литературы и искусства

5 / 7

Сцена из спектакля «Дни Турбиных» в постановке Московского Художественного академического театра. 1926 годРоссийский государственный архив литературы и искусства

6 / 7

Сцена из спектакля «Дни Турбиных» в постановке Московского Художественного академического театра. 1926 годРоссийский государственный архив литературы и искусства

7 / 7

Сцена из спектакля «Дни Турбиных» в постановке Московского Художественного академического театра. 1926 годРоссийский государственный архив литературы и искусства

Когда заходит речь о взаимоотношениях Булгакова и Сталина, первое, что при­ходит в голову, о чем говорят или спрашивают, — это «общеизвестный факт», что Сталин очень любил «Дни Турбиных» и смотрел спектакль во МХАТе 15 раз. Иногда появляются формулировки «более 15 раз», «более 16» и даже «более 20 раз»! Об этом (почти всегда вскользь и в скобках) упоминают булга­коведы, специалисты по театру и литературные критики. Автор книги о Булга­кове и театре Анатолий Смелянский замечает: «Один из самых внима­тельных зрителей „Турбиных“ (он смотрел спектакль не менее пятнадцати раз), Сталин…»

Об этом же как о само собой разумеющейся и всем известной вещи пишет Вла­димир Лакшин, предваряя небольшой заметкой сборник воспоминаний о Бул­гакове: «Известно, что Сталин, судя по протоколам спектаклей МХАТа, смотрел „Дни Турбиных“ не менее 15 раз». Это, кажется, единственный раз, когда вме­сте с упоминанием этих цифр появилась туманная ссылка на загадочные про­токолы МХАТа.

По-видимому, этот миф уходит корнями в 1969 год, когда появилась статья Виктора Петелина о Булгакове «М. А. Булгаков и „Дни Турбиных“» («Огонек», 1969, том XI), в которой сообщались именно эти сведения о 15 посещениях Сталиным спектакля «Дни Турбиных».

В коллекции Музея Булгакова хранится статья о Булгакове, в которой рядом со ссылкой на статью Петелина ясным почерком второй жены Булгакова Любови Евгеньевны Белозерской твердо выведено: «Это липа!»

Возможно, когда-нибудь таинственные протоколы спектаклей МХАТ отыщутся в архиве театра, но пока мы можем лишь повторить вслед за Любовью Белозер­ской: «Это липа».

Примечания к статье о Михаиле Булгакове с комментарием Любови Белозерской

Он – с Любой, она – одна, надеясь на его возвращение…

Лишь однажды сорвалась, вспыхнула. Но тогда они уже жили порознь. Он – с Любой, она – одна, надеясь на его возвращение. Вышла первая его книга – «Белая гвардия».Он на радостях заскочил к ней показать. Татьяна открыла первую страницу и увидела посвящение. Не ей, а Любови Белозерской. «Мог бы и мне первую книжку посвятить, – сказала она. – Все-таки мы столько пережили, я тебе воду грела…» «Ну ты знаешь, она попросила, я отказать не смог,» – ответил Булгаков. «Ну и забери назад свою книжку!» – совсем не склонная к театральным жестам Татьяна Николаевна кинула ее к его ногам…

Она его ждала всегда. Но когда он женился в третий раз на своей последней любви – Елене Шиловской, поняла, что больше ей ждать нечего.

Обычная жизнь обычной советской служащей – она занималась переплетным делом, уехала в Сибирь, там встретила друга семьи Дэвида Кисельгофа. С ним и перебралась в Туапсе. Неожиданностью для нее стал роман Валентина Катаева «Алмазный мой венец», в котором он, вспоминая писателей начала века (этому и посвящен роман), вспомнил и ее – с теплотой и любовью. «Татьяна Николаевна была добрая женщина…Она деликатно и незаметно подкармливала в трудные минуты нас, друзей ее мужа, безалаберных холостяков.» И в еще одном абзаце гениально раскрыл суть характера Михаила Булгакова и женской судьбы его «Таськи». «Впоследствии, – пишет Катаев, – когда синеглазый прославился и на некоторое время разбогател, он надел галстук бабочкой, цветной жилет, ботинки на пуговицах…развелся со старой женой, изменил круг знакомых и женился на некой … Называл он ее на английский лад Нэнси».

А Таська стала Татьяной Николаевной Кисельгоф. Она и похоронена как Лаппа-Кисельгоф. Впрочем, и Натали покоится под фамилией Ланская, но разве она для всех нас и для своего Александра не осталась Натали?

Рассказы

1922 — «№13. — Дом Эльпит-Рабкоммуна» 1922 — «Арифметика» 1922 — «В ночь на 3-е число» 1922 — «В театре Зимина» 1922 — «Как он сошёл с ума» 1922 — «Каэнпе и капе» 1922 — «Красная корона» 1922 — «Налёт. В волшебном фонаре» 1922 — «Необыкновенные приключения доктора» 1922 — «Ноября 7-го дня» 1922 — «Остерегайтесь подделок!» 1922 — «Птицы в мансарде» 1922 — «Рабочий город-сад» 1922 — «Советская инквизиция» 1923 — «Китайская история. 6 картин вместо рассказа» 1924 — «Воспоминание…» 1924 — «Ханский огонь» 1925 — «Полотенце с петухом» 1925 — «Крещение поворотом» 1925 — «Стальное горло» 1925 — «Вьюга» 1925 — «Тьма египетская» 1925 — «Пропавший глаз» 1925 — «Звёздная сыпь» 1925 — «Богема» 1925 — «Праздник с сифилисом» 1926 — «Бубновая история» 1926 — «Я убил» 1926 — «Морфий» 1926 — «Трактат о жилище» 1926 — «Псалом» 1926 — «Четыре портрета» 1926 — «Самогонное озеро»

  • Назад
  • Вперёд

Детство и юность

Биография Елены Сергеевны Нюренберг-Неёловой-Шиловской-Булгаковой началась 2 ноября 1893 года в Риге. Девочка появилась на свет в доме представителя еврейской национальности, принявшего православие, и его законной жены – дочери местного священника, проповедовавшего учение Христа.

Отец – Сергей Маркович Нюренберг – в молодости работал учителем и инспектором казенной палаты. В зрелом возрасте он освоил профессию журналиста и стал автором газетных статей. Мать – Александра Александровна Горская – занималась домашним хозяйством, на ее плечах также лежали обязанности по воспитанию четверых разнополых детей.

Елена Булгакова в молодости

В детстве Лена не испытывала недостатка во внимании и общении. Малышка росла в компании сестры Оли – будущей секретарши педагога и драматурга Владимира Немировича-Данченко, а также братьев Александра и Константина – архитектора и военного разведчика, закончившего дни на каторге в Норильске.

В семье, жившей по христианским традициям, несовершеннолетние члены учились в русской классической школе и в сопровождении взрослых посещали церковные службы. Лена воспитывалась в атмосфере, проникнутой духом дореволюционной России, несмотря на то, что глава дома в прошлом был лютеранином. Уклад, характерный для прибалтийских губерний, пришелся по нраву кровному родственнику Александру Нюренбергу, женившемуся на немке и назвавшему потомков Оттокар и Генриетта.

Вместе с сестрой будущая жена знаменитого писателя Михаила Булгакова обучалась в женской гимназии. Когда родители переехали в Москву, Ольга нашла работу в местном художественном театре. Елене не удалось поступить туда же на службу, и она стала делопроизводителем отца.

Гость форума
От: admin

Эта тема закрыта для публикации ответов.